Ситуация в 1995-1996 году в российском интернете была следующая: количество пользователей было небольшим, сайтов тоже было мало. Более-менее заметные фигуры знали друг друга если не в лицо, то по имени. Все это можно сравнить с 18 веком и началом традиционной журналистики: была читающая и грамотная элита, скажем, полторы тысячи человек, сосредоточенная в Москве и Петербурге, и были остальные, не умеющие и/или не могущие читать. Тиражи изданий были до смешного малы по нынешним мерам: 200 экземпляров считались хорошим тиражом, тем не менее, издания оказывали немалое влияние на культурную жизнь общества. В 95-96 годах в Рунете была такая же ситуация: небольшое маргинальное общество, имеющее доступ к интернету, («умеющие читать») и остальные, которые даже не подозревали о его существовании. Именно в это время появляются первые проекты, широко известные в этом узком кругу. Эти люди начинают первыми и образуют так называемую «элиту Рунета». Тема «Элита Рунета» была в одно время очень больной и обильно муссированной: первых обвиняли в том, что они заняли все вакантные места и не дают проходу молодым талантам, в вину ставилось то, что единственная заслуга «элиты» в том, что она просто пришла первой. Линор Горалик пишет:

«Ну, во-первых, понятно, что свято место пусто не бывает. Кто первый пришел и раньше увидел, тот и надежно победил. Когда несколько лет назад Рунет рождался из ниоткуда, элитой были те, кто вообще присутствовал в поле зрения. Они создавали библиотеки анекдотов. Потом явились боги, и стали Кулички. И Рунет разделился на них и на тьму, и тьма была над бездною, и дух Куличек носился над несколькими сотнями частных страниц. И потянулись к ним страждущие, говоря: «Видишь? У меня есть анекдот. У меня есть стих. У меня есть план завоевания мира. Возьми меня, даруй мне блаженство». Так начался Рунет.

<…>

Потом, как всегда, налетели слепни. Они облепили лошадку плотной тучей и начали клонировать Generation A: появились тучи плохих обзоров, плохих литературных журналов, объединений лучших поэтов Жмеринки, коллекций из пяти анекдотов. Прошел «обзорный бум». Generation A вылавливало и забирало к себе лучших. Худшие дохли, — читатель туда не ходил».

Споры кого считать элитой и что стоит, чтобы в нее попасть, продолжались долго и безрезультатно, но одно можно сказать точно: «элита Рунета» — явление скорее надуманное и искусственно разуваемое, попасть в «элиту» может любой, проявивший себя и ставший заметным и ротация «элиты» в Сети происходит очень быстро: сегодня ты известный, а через полтора года появится новое поколение, которое даже не слышало твоего имени.

Но поначалу были первые, и их было мало. Что самое характерное, первыми были, как правило, «компьютерщики» — системные администраторы, программисты. Причина ясна: так как интернет — это компьютерная технология, первыми к ней получили доступ не-гуманитарии. Но помимо того, что интернет — это компьютерная технология, это еще и текстовая (даже гипертекстовая) среда со своими законами, которую нужно осваивать. За редким исключением гуманитариев в Сети не было, не говоря уже о «нормальных», оффлайновых журналистах: те просто не понимали, зачем нужен интернет и что туда писать.