Интернет-бум, как буму и положено, окружен невменяемостью. В качестве основных черт Интернета отмечается что угодно, кроме того, что реально важно. Конечно, что проще, то в глаза первым и бросается, это понятно, но беда в том, что новизна приедается, так что в результате возможно общественное разочарование, и Интернет переведут в разряд бытовой техники.

Все же хочется сопротивляться подобным обстоятельствам.

Вот один из новых терминов: «сетевая журналистика». Термин есть, ему требуется наполнение, и наполняют его весьма противоречиво. Сетевая журналистика-де это то, что висит в Сети. При этом, по какому-то наитию, таковой не считаются висящие в Сети статьи из бумажной прессы. И это правда, они действительно таковыми не являются… В сумме же вывод простой: если журналист работает прямо в Сети, так он и сетевой.

Зачем нужна сетевая журналистика (СЖ), понятно. Ее комментарии быстрее телевизионных часа на два. То есть телевидение теряет первородство мнений. В известных обстоятельствах это весьма существенно. Но это преимущество хоть и существенное, но не главное.

Важно другое: это другая журналистика. От «бумажной» она отличается, как телевизионная программа от радио. Рассудим системно. Если кто-то затеял новую газету, с чего он начнет (не идейно, а технологически)? Определит отделы издания, рубрики, формат материалов и полос. Сосчитает, сколько у него на какой полосе чего должно быть, сколько строк статья, сколько - новость, обязательна ли фотография к интервью и как ставить врезку со справкой. Привычная start up рутина.

С сетевым изданием сложнее. Есть, скажем, классическая схема подачи новостей: факт, первая точка зрения, вторая точка зрения, предыстория/контекст (если места хватает). В России, разумеется, с ее душевной тягой к журналистике мнений, это вовсе не обязательно: из всей этой конструкции может присутствовать только «первая точка зрения» — автора материала. Но речь не об особенностях национальной журналистики, а о Сети. Там даже на уровне форматов любой проект должен рисоваться заново. Что тут будет интервью? Врезка (повод) плюс досье (на интервьюируемого) плюс само интервью плюс предыстория (оформленная как? В виде набора ссылок, какой-то организацией ссылок по теме, поиск), что еще? Аналогично надо определить прочие форматы: что такое обзор, аналитическая статья, голосования, колонка редактора? Каков удельный вес каждого из форматов? Что такое, в конце концов, день, выпуск данного издания — учитывая отсутствие газетного дедлайна и непрерывный цикл обновления?

То есть уже на этом уровне ясно, что имеется, по крайней мере, технологическое обновление журналистики. Причем, похоже, что именно СЖ только и может соответствовать информационному полю, субъектом которого она является.

А вот чисто технические возможности: видео, звук и прочее только сбивают общую картину, сводя ее к аттракционам. Смысл СЖ вовсе не в том, чтобы в издания запихивать все подряд.

Здесь надо упомянуть о привычной ошибке, которую допускают сетевые журналисты «первого поколения». Особенности СЖ вовсе не в возможностях самовыражения авторов, не ограниченных тут газетной площадью. Разумеется, именно эта возможность в первую очередь «сетевых» и взбудоражила, после чего прочие журналисты и решили, что все эти «сетевые» — примерно персонажи ораторского уголка в Гайд-парке.

Чем может быть СЖ для читателя?

Если бы сетевые издания просто копировали бумажные, то это как если бы телевидение состояло только из говорящих голов. В сетевом варианте есть возможность представить текст адекватно тому, что по поводу его темы представляет себе читатель, он и сам что-то знает о жизни. С помощью всех этих немедленных досье, ссылок, предысторий, справок. Газета ему это никогда не сообщит — по причине своей форматной ограниченности.

А оформляя сообщения таким, по сути, окружающим читателя образом, журналистика меняет суть. Например, меняются отношения между «журналистикой фактов» и «журналистикой мнений». Когда фактические подробности могут быть переданы в тексте сообщения, то мнением журналисту не отделаться, надо владеть материалом. Это на бумаге места мало, так что возможно, что журналистское мнение, позиция есть просто способ восполнить невозможность дать на полосе все то, что имеет отношение к предмету. Типа поверьте на слово, все обстоит примерно так…

Работа с сетевыми возможностями категорически исключает прямолинейное посредничество журналиста между фактом и текстом, который он пишет.

На сегодня есть два тупиковых варианта СЖ: нагромождение новостных баз данных, не нужных никому, и уход в неограниченную болтовню. Вряд ли истина лежит между этими вариантами: она не может находиться между двумя глупостями, но эти глупости и характеризуют реальную зону ответственности и возможностей СЖ.

Конечно, легко свалить сетевой СМИ-проект в базу данных. Еще легче утопить его в публицистическом пафосе. Что между этими вариантами? Пока наиболее реальными выглядят экспертно, что ли, ориентированные проекты. К реальным сетевым СМИ можно отнести… ну хоть «Скважину». Или, скажем, дайджестные проекты, которые при этом обязательно основываются на собственной аналитике, по отношению к которой дайджесты и базы заголовков являются вспомогательной средой. Так, во всяком случае, мы пытаемся вести СМИ.ru.

Понятно, что СЖ меняет ответственность пишущих — даже по части правописания, что уж говорить о личной журналистской адекватности. Истории с «Когтями» (сетевые анонимные «сборники компромата» — Прим. редакции) дали нам понять, что верить в Сети следует только тому, что подписано.

В сумме же скорость реакции сетевого СМИ и тот объем материала, который оно с этой реакцией может связать, не имеют ни малейших аналогов в имеющихся СМИ. Кроме этих двух качеств, определяющих сетевые СМИ, явно присутствует еще какое-то третье, — которое и определяет отрасль как таковую. Но с ним проблема, не проявилось оно еще отчетливо. Видимо, это просто то, что возникнет в результате появления уже собственно сетевых журналистов.

Вот с чем это может быть связано. В правильном сетевом варианте меняется само понятие «темы», она становится реально самостоятельной. Можно сказать так, что на бумаге мы имеем аналогию футбольного радиорепортажа. В сетевом варианте получаем тот же футбольный репортаж, но — сопровождающий картинку на телеэкране. В сумме материал это именно картинка плюс репортаж, а частные мнения журналиста оспариваемы, как рассуждения комментатора. Болельщик перед телевизором ведь сам видит игру… И не надо думать, что журналист здесь становится вторичен. Ровно наоборот.

Конечно, это уже другая журналистика.